Последние комментарии

  • Ася Бакаева10 декабря, 12:21
    Сволочь ты продажная!Я никогда не была голодной и обиженной.Тем более,что мой дед служил поручиком в царской армии и ...СССР 1958 года в цвете. Какой была наша страна 60 лет назад
  • Сергей Власов10 декабря, 12:20
    На фото речной вокзал, каким он был в 1958 году в Куйбышеве. Железнодорожный, был таким и я бы не сказал, что он был ...СССР 1958 года в цвете. Какой была наша страна 60 лет назад
  • февраль февраль10 декабря, 12:07
    Не только слышал, но и  подробности  читал.  А вот ты - только  слышал. Поэтому бренчишь тут в лапоть! СССР 1958 года в цвете. Какой была наша страна 60 лет назад

Ухожу с любовью

Ухожу с любовью война, память, подвиг
Октябрь 1941 года. Танк с экипажем в составе командира младшего лейтенанта Ивана Сидоровича Колосова, Василия Орлова и Павла Рудова получил повреждение на подступах к Вязьме. Командир был контужен, механик-водитель погиб. Колосов и Орлов слили горючее и сняли боеприпасы с других подбитых танков, отремонтировали свою машину и увели ее в лес.

Определив, что находятся в окружении, танкисты решили пробиваться к своим. 12 октября одинокий танк разгромил немецкую колонну. Однако 24 октября, когда танк напал на очередную колонну, немцы успели развернуть пушки…

Спустя четверть века после войны в глухом лесу под Вязьмой был найден вросший в землю танк БТ с хорошо заметным номером 12. Люки были задраены, в борту зияла пробоина. Когда машину вскрыли, на месте механика-водителя обнаружили останки младшего лейтенанта-танкиста. У него был наган с одним патроном и планшет, а в планшете – карта, фотография любимой девушки и неотправленное письмо датированное 25 октября 1941 года:

«Здравствуй, моя Варя!

Нет, не встретимся мы с тобой.

Вчера мы в полдень громили еще одну гитлеровскую колонну. Фашистский снаряд пробил боковую броню и разорвался внутри. Пока я уводил машину в лес, Василий умер. Рана моя жестока.

Похоронил я Василия Орлова в березовой роще. В ней было светло. Василий умер, не успев сказать мне ни единого слова, ничего не передал своей красивой Зое и беловолосой Машеньке, похожей на одуванчик в пуху.

Вот так из трех танкистов я остался один. В сумерки я въехал я в лес. Ночь прошла в муках, потеряно много крови. Сейчас почему-то боль, прожигающая всю грудь, улеглась и на душе тихо.

Очень обидно, что мы не все сделали. Но мы сделали все, что смогли. Наши товарищи погонят врага, который не должен ходить по нашим полям и лесам. Никогда я не прожил бы жизнь так, если бы не ты, Варя. Ты помогала мне всегда: на Халхин-Голе и здесь. Наверное, все-таки, кто любит, тот добрее к людям. Спасибо тебе, родная! Человек стареет, а небо вечно молодое, как твои глаза, в которые только смотреть да любоваться. Они никогда не постареют, не поблекнут.

Пройдет время, люди залечат раны, люди построят новые города, вырастят новые сады. Наступит другая жизнь, другие песни будут петь. Но никогда не забывайте ро нас, про трех танкистов.

У тебя будут расти красивые дети, ты еще будешь любить. А я счастлив, что ухожу от вас с великой любовью к тебе. Твой Иван Колосов».

Варвара Петровна Журавлева получила адресованные ей письма спустя без малого 30 лет